Открытие открытия: Караколь и венерианская таблица Дрезденского кодекса (Херардо Альдана, 2016)

В 2016 году американский майянист Херардо Альдана (Университет Калифорнии в Санта-Барбаре) напечатал в первом выпуске Journal of Astronomy in Culture статью с названием, которое стоит перевести дословно: «Открытие открытия». Речь в ней о том, что счёт Венеры, дошедший до нас в Дрезденском кодексе, не был получен готовым откуда-то извне, а был выведен — конкретным человеком, в конкретном месте, по наблюдениям, которые можно восстановить. Место это — круглая башня Караколь в Чичен-Ице, та самая, о которой идёт речь на странице «Планета Венера».

Что такое венерианская таблица

Дрезденский кодекс — постклассическая рукопись майя, оказавшаяся в Дрезденской библиотеке и попавшая в поле зрения науки в XIX веке. Шесть её страниц связаны с Венерой. Эрнст Фёрстеман в 1880-х годах, ещё до дешифровки письма, разобрал по календарным закономерностям, что перед ним таблица дат, построенная на кратных 584 дням — то есть на синодическом периоде Венеры.

Таблица состоит из двух частей. Первая — страница 24, так называемое «Предисловие»: в нём записаны опорная дата и поправочные интервалы. Вторая — собственно таблица на страницах 46—50: 65 венерианских кругов, каждый разбит на подпериоды по видимости планеты (первая утренняя, последняя утренняя, первая вечерняя, последняя вечерняя).

Идеальный период в 584 дня чуть длиннее настоящего (583,92 дня), поэтому таблица со временем расходится с небом. Поправочные интервалы на странице 24 — это механизм, который возвращает её к наблюдаемому. Как именно он работает, столетие оставалось предметом спора.

Столетний спор о поправках

Джон Тиипл (1926), затем Эрик Томпсон, Флойд Лаунсбери (1983), Харви и Виктория Брикер (2007) — все применяли поправки последовательно, одну за другой, и все опирались на интервал, которого на странице 24 не написано: он выводится как разность двух записанных. При этом опорная дата таблицы в их реконструкциях расходится с исторически восстановленной первой утренней видимостью Венеры на шестнадцать дней — и это расхождение приходилось объяснять тем, что писец пользовался числом ради его нумерологического удобства.

Альдана предлагает снять современное ожидание точности и посмотреть на логику самой страницы. Если применять поправки не последовательно, а независимо — каждую к одной и той же опорной дате 9.9.9.16.0 (1 Ахав 18 К’айяб), — то записанные календарные опоры (1 Ахав 18 Во, 1 Ахав 13 Мак, 1 Ахав 3 Шуль) получаются прямо, без перескоков и без выводимых интервалов. То есть используются ровно те числа, которые на странице действительно написаны.

У такого чтения есть математическое подтверждение. Отношение исправленного венерианского интервала к соответствующему числу «великих циклов» в обоих случаях одно и то же — 137/146. Поправочный множитель 2340, который Лаунсбери в 1992 году выделил как фундамент всех поправок, выражается через «майянские» числа: 2340 = 4 × 584 + 4, а сами интервалы записываются единым уравнением. Средний синодический период, который отсюда получается, — 583,934 дня: чуть менее точный, чем у традиционной модели, но зато вписанный в связную конструкцию.

Таблица как космограмма, а не как эфемерида

Второй ход Альданы — филологический. Ключевой глагол таблицы /k’al/ традиционно переводят как «связывать», что оставляет смысл размытым. Альдана читает его как «заключать, окружать», и тогда строка таблицы читается связным текстом: на такую-то дату север заключён таким-то божеством и Чак Эк’ («Большая звезда» — Венера), и прошло столько-то дней.

Получается словесный аналог центральномексиканской космограммы — того самого креста с четырьмя сторонами света, что открывает кодекс Фейервари-Майера: каждая сторона со своим божеством, в центре фигура воина. Отсюда вывод, который для нашей темы важнее любых чисел: точность наблюдений не была главной задачей таблицы. Она распределяла ритуальные события по венерианским кругам и их подпериодам. Проверить её точность к тому же почти никто и не мог: вид на горизонт поверх лесного полога открывался только с верхних уровней самых высоких построек.

Караколь: где это было сделано

Что таблица могла родиться в Чичен-Ице, предположил ещё Энтони Авени в 1980 году — после подробного исследования постройки 3C-15, известной как Караколь или «Обсерватория». Основания были архитектурные: башня развёрнута не так, как остальной город, а окна и ниши в круглой камере направлены на события Венеры, в том числе на её северный предел.

Возможно, что астрономические наблюдения, отражённые в венерианской таблице Дрезденского кодекса, были собраны астрономами, сидевшими в наблюдательной камере этой башни и других подобных ей на севере Юкатана.

— Энтони Авени, «Skywatchers» (2001), с. 275; цит. по Gerardo Aldana y V., «Discovering Discovery: Chich’en Itza, the Dresden Codex Venus Table and 10th Century Mayan Astronomical Innovation» (2016)

Альдана показывает, что его чтение поддерживает догадку Авени сильнее традиционного. Он выстраивает конкретный сценарий. Астроному терминального классического периода достаточно было одной исторической записи — опорной даты 9.9.9.16.0 как действительно наблюдённого утреннего восхода — и собственных наблюдений примерно за двадцать пять лет. Двадцать пять лет с одного здания — это три полных восьмилетних цикла Венеры, то есть три строки таблицы.

За это время он застал бы два восхода Венеры, попавших на даты 1 Ахав: 183-й венерианский круг после опорной даты пришёлся на 1 Ахав 13 Мак, 187-й — на 1 Ахав 18 Во. Между ними 2340 дней — тот самый поправочный множитель. Обе даты выделены в таблице. Внимательный наблюдатель мог сложить это в систему.

И последнее звено — эпиграфика, которую Авени не учитывал. Сам Караколь несёт иероглифические надписи, а на «панели Караколя» назван К’ак’ У Пакаль К’авииль, одна из самых заметных фигур Чичен-Ицы времён её «эпиграфического расцвета». Отсюда датировка: страница 24 сложилась в пределах двадцати пяти лет после освящения Караколя — возможно, при его покровительстве. У традиционных реконструкций эта же таблица отстоит от постройки более чем на век.

Что из этого следует

Альдана сравнивает ситуацию с Гиппархом, который открыл прецессию, опираясь на халдейские записи: открытие делается там, где к длинному ряду чужих наблюдений добавляют свои и видят закономерность. Ради этого приходится отказаться от привычной картины, в которой майянская астрономия была прежде всего точной.

Пожертвовав крайней точностью, ради которой известны этот документ и майянская культура, мы получаем интерпретацию, которая продуктивнее объясняет имеющиеся свидетельства и открывает новые направления исследования; более того, она позволяет вернуть древнему майя астрономическое открытие, сделанное в Чичен-Ице.

— Херардо Альдана, заключение статьи; Gerardo Aldana y V., «Discovering Discovery: Chich’en Itza, the Dresden Codex Venus Table and 10th Century Mayan Astronomical Innovation» (2016)

Для этой энциклопедии статья важна вот чем. Венера в мезоамериканской космологии — не символ и не поэтический образ, а наблюдаемое явление с точным периодом, за которым стояли живые люди с их работой. Круглая башня в Чичен-Ице, мимо которой проходят туры, — место, где эта работа велась: где счёт, положенный в основу имени Кетцалькоатля, был выведен глазами, руками и камнем, а не получен по преданию.