Урок Кастанеды для мужчин: об отношениях

Учебная сцена из материалов Cleargreen: ресторан в Лос-Анджелесе, Карлос Кастанеда и молодой ученик ждут, когда подадут обед. Кастанеда предлагает спрашивать о чём угодно, и ученик, покрутив салфетку и оглядевшись, не слушает ли кто, задаёт свой вопрос вполголоса: как совместить отношения с занятиями тенсегрити?

Разговор, который из этого вышел, — едва ли не единственное известное нам изложение того, что в этой линии говорилось мужчинам об отношениях. Ниже — его изложение.

«Почему ты решил, что готов?»

Первым ответом был не ответ, а встречный вопрос: что заставляет тебя думать, что ты готов?

Ученик перечислил свои основания — и перечень этот стоит привести, потому что на нём и построен весь дальнейший разбор. Он хочет; он не может перестать смотреть на девушек; он уже некоторое время делает магические пассы; хорошо питается; способен себя прокормить; у него есть машина и приличная работа. И теперь он хочет подругу.

Второй вопрос был точнее первого: а для чего тебе девушка? что она, по-твоему, должна привнести в твою жизнь?

Ученик ответил честно: с ней можно будет говорить о своих мыслях, она будет любить его безоговорочно, будет красивой и принесёт удовлетворение.

Кастанеда, по этой записи, отодвинулся от стола и откинулся на спинку стула — и назвал вещи своими именами: похоже, кабальеро, вы хотите всего и побольше, и прежде всего побольше внимания к себе; выходит, что в неизвестное вы собрались из жадности. Жадность — штука сильная, прибавил он, и приведёт она только по уже знакомым дорогам. И тут же спросил о проверяемом: а что стало с прежними подругами?

«Сняли голову и заменили новой»

Ученик ответил обычным оборотом: они друг от друга устали.

Разбор был такой. Вы пользовались друг другом, чтобы удовлетворить свои нужды; а когда с одной было покончено, ты сделал то же, что, по словам дона Хуана, делал и сам Кастанеда, — заменил её. Дон Хуан выразился так: мы как будто снимаем голову одного возлюбленного и ставим на её место новую. И делаем это снова и снова, виня другого человека в собственной нужде и собственной жадности и ни разу не взглянув на себя.

Но есть, сказал он, и нечто большее, чем жадность, — любовь.

Отношения как энергетический союз

Здесь изложено то, ради чего эту сцену и стоит читать. Видящие его рода относились к близким отношениям очень серьёзно: они видели в них энергетические союзы — итог намеренной и тщательной подготовки, а не следствие влечения.

Подготовка эта имела вполне определённый вид: такие видящие практиковали сталкинг самих себя — то есть проводили полную опись собственных представлений и ожиданий относительно взаимодействий, и в особенности близких.

«Кто научил тебя любить?»

Дальше Кастанеда наклонился через стол и передал ученику вопрос, который сам когда-то получил от дона Хуана: посмотри, кто научил тебя любить.

Ученик переспросил, и вопрос был развёрнут: посмотри, кому ты подражал в своих представлениях о любви. Матери? Отцу? — и тут же перешёл к практической стороне: как продвигается твой перепросмотр? отца ты ведь пересматривал?

Ответ ученика оказался точным. Он обнаружил, что во многом похож на отца: от него ему досталась любовь к науке. И одновременно — что отец был в доме как король, а мать ему, по сути, прислуживала.

Вывод из этого сделал Кастанеда, и сделал его немедленно: ага, а теперь ты ищешь ту, которая прислуживала бы тебе. А мать ты пересматривал?

Нет, ответил ученик, не вполне: она всегда была рядом, и потому особого внимания он на неё не обращал; пожалуй, он принимал её как должное.

Признание это было названо замечательным — и вот на каком основании: хорошее место, чтобы начать, — признать, что на кого-то мы по-настоящему и не смотрели. Разбор того, как ты взаимодействовал с матерью и что видел в её отношениях с отцом, даст тебе возможность взять на себя ответственность за то, что ты сам приносишь в новые отношения, — вместо того чтобы перечислять подробный список того, что должен принести тебе другой.

«Скорее всего, всю жизнь»

Ученик задал единственный оставшийся вопрос: значит, в отношения нельзя вступать, пока во всём этом не разберёшься? Но это же может занять всю жизнь.

Ответ был — скорее всего, так и будет; и сказан он был со смехом. Это, прибавил Кастанеда, и есть задача воина: погрузиться в неё, не оставив камня на камне. Это и есть твоя подготовка.

Ученик замолчал, давая этому улечься.

Последние слова дона Хуана

Заканчивается сцена тем, что Кастанеда спросил, хочет ли ученик знать, что дон Хуан сказал ему на земле последним. И привёл эти слова: надеюсь, ты найдёшь любовь.

И тут же объяснил, как это следует понимать: это была его личная шутка — и при этом самая серьёзная вещь на свете.

Что здесь существенно

Три вещи, которых в разговорах на эту тему обычно не встретишь.

Первое. Отношения тут не запрещаются и не объявляются помехой практике. Вопрос переставлен: не «можно ли», а «с чем ты в них идёшь». Ни аскезы, ни разрешения ученик не получает — он получает работу.

Второе. Перепросмотр приложен к предмету, к которому его обычно не прикладывают. Пересматривают, как правило, тяжёлое и очевидное; здесь же велено пересмотреть того, кого «принимал как должное», — и именно там, по этой логике, и лежат представления о любви, которые человек считает своими.

Третье. Список желаемого от другого человека прямо назван признаком жадности, а не любви, — и противопоставлена ему не аскеза, а прямо обратное — ответственность за то, что приносишь сам.

Изложение по учебному материалу Cleargreen. Приведены пересказ и короткие цитаты; текст материала здесь не воспроизводится.

См. также