Брюс Вагнер о Карлосе Кастанеде (фильм 2019)

Брюс Вагнер — американский писатель и сценарист, около десяти лет входивший в близкий круг Карлоса Кастанеды; ему принадлежат интервью с Кастанедой 1994 и 1995 годов. Ниже — конспект его высказываний из документального фильма «Тайна Карлоса Кастанеды» (2019). Отдельно на сайте есть его развёрнутые воспоминания.

Рассказчик

Вагнер называет Кастанеду исключительным человеком и неординарным рассказчиком: он без усилия захватывал внимание историями и анекдотами — о юности, о встречах с доном Хуаном, о том, как сделался магом. Внешне он был невзрачен и невысок, и это ничего не меняло. Вагнер считает его гением с чрезвычайно ясным сознанием, который искромётно шутил и создавал вокруг себя сказочную атмосферу; человеком, которым невозможно было пресытиться и рядом с которым хотелось находиться всё время.

С ним самим, говорит Вагнер, Кастанеда был очень сострадательным и любящим — при том что легко шёл на конфронтацию. И самими историями он сдвигал внимание слушателей в точку, из которой учение воспринималось лучше: погружал в восприимчивое состояние ума.

Путь сердца

Передать это словами трудно: в происходившем было что-то таинственное, красивое и театральное. Вагнер говорит о себе как о человеке очень театральном — и потому мир магии индейцев яки для него дом, в отличие от дзен-буддизма и других дисциплин, несущих, по сути, те же мысли. Кастанеда показал ему систему и линию передачи, которую он почувствовал сердцем. Для него это и был путь сердца.

Кино как антропология, футбол и бережность к вещам

«Будем изучать антропологию, будем смотреть этот фильм», — говорил Кастанеда; это могла быть мелодрама или что угодно. «Вот где человечество находится сейчас. Запиши — через десять лет, когда будешь смотреть новую романтическую комедию или триллер, сможешь судить, где человечество будет тогда». Походы в кино с ним, говорит Вагнер, были антропологическим опытом.

Ещё Кастанеда обожал футбол — в сезон они не пропускали ни одного матча — и любил боевые искусства: Джеки Чана, Джета Ли, Брюса Ли; фильмы он собирал по-настоящему, как коллекционер. Вагнеру всегда было любопытно, как человек столь возвышенный мог так нежно заботиться о своих вещах: их было совсем немного, но относился он к ним с большим уважением.

«Мистер Голливуд» и «мистер Кошмар»

Кастанеда представлял вслух, как восьмидесятилетним писателем будет ходить в автобусном туре по университетскому городку с «Учением дона Хуана» в руках и говорить: эта книга сделала меня знаменитым, меня называли крёстным отцом эпохи нью-эйдж. Этими фантазиями он делился, чтобы показать: всё временно, ничто не вечно. Он любил критиковать философские книги о сохранении и поддержании повседневного «я» и предупреждал Вагнера не сделаться «мистером Голливудом». А его самого дон Хуан звал «мистером Кошмаром».

Клубника в шоколаде

Первую встречу со всей партией — Кэрол Тиггс, Тайшей, Флориндой Доннер-Грау, Кайли Лундал, Нури Александер и другими — Вагнер помнит по десерту. Волнуясь, он заказал клубнику в шоколаде и пустил тарелку по кругу. Тарелка обошла всех, и никто не взял ни ягоды. Позже ему объяснили: Кастанеда очень строго относился к тому, что входит в его тело.

Сновидение наяву

Самый сильный его фрагмент — о сновидении. Кастанеда говорил о сновидящих и сталкерах, о том, как во сне видит свои руки; в этом, признаёт Вагнер, он был полным неудачником. Но, говорит он, разум подсказывал: ты нашёл Кастанеду. Десять лет рядом с ним. Он сидел на той самой скамье в Туле-де-Альенде, где произошла встреча с бросившим вызов смерти. Так какая же часть из этого не сновидение?

Мысль, что сновидеть можно только в некоем эзотерическом мире и что ты потерпел поражение как энергетическое существо, если не находишь во сне своих рук и не летаешь, он называет абсурдом. Сновидишь ты наяву, в бодрствующем мире. И приводит слова дона Хуана: ты постоянно спрашиваешь меня о неведомом, но неведомое уже здесь; первое внимание состоит из того, что не нужно второму.

Уточнение о скамье. В расшифровке перевода сказано, будто на этой скамье бросившего вызов смерти встретили Кастанеда и дон Хуан. По хронологии линии встреча была другая и раньше: в 1723 году (так в «Огне изнутри»; Тайша Абеляр в интервью и хронология линии называют 1725-й) нагваль Себастьян, служивший пономарём в церкви в Туле-де-Альенде, встретил бросившего вызов смерти — и это изменило направление всей линии. Скамью показывали на туре Кэрол Тиггс и Cleargreen в Тулу 22 мая 1995 года, где рассказывали об этой встрече; оттуда её, судя по всему, и знает Вагнер.

Надпись на мосту

Однажды Кастанеда рассказал ему о фразе, которую увидел на мосту над лос-анджелесской трассой и которая ему очень понравилась: смерть — самое чудесное путешествие, поэтому её приберегли напоследок.

Он видел меня насквозь

Вагнер вспоминает место в книгах, где дон Хуан говорит Кастанеде: ты вернёшься в Лос-Анджелес, и я прямо сейчас могу составить перечень всего, что ты будешь там делать, кого увидишь, о чём подумаешь, — очень длинный перечень, не упустив ни одной детали. Ты же в отношении меня не сможешь ничего: вернувшись, ты не будешь знать ровно ничего о моих делах — ни на энергетическом уровне, ни на физическом, ни на каком-либо ещё.

Таким же, говорит Вагнер, было и его собственное положение рядом с Кастанедой. Тот видел его насквозь; он же не знал ничего о том, чем Кастанеда занят днём или ночью. Ничего. Принятие этой асимметрии он считает одной из причин, почему смог остаться на десять лет. Многие входили в этот круг и выходили из него — оставались немногие, потому что это было трудно. Многие мужчины пытались соперничать с учителем: так уж мы воспитаны — сбросить отца с трона, убить отца, оскорбить его, превзойти там, где он не смог. Вагнер не соперничал с Кастанедой никогда: это было бы абсурдом.

Детство и истории

Ему кажется, что Кастанеда всю жизнь разбирался со своим детством: оно было сложным, в нём было много боли, и на примирение с этой частью жизни ушла вся жизнь. Делал он это историями — передавал в них грусть и тут же удивительным образом её преображал. Часами рассказывал случаи из жизни, мимоходом и очень точно доставляя главные смыслы; иногда днями подряд говорил об окрестностях Мехико — где он бывал с доном Хуаном и его учениками и что там происходило. Чувство юмора у него, добавляет Вагнер, было отличное.

См. также

Источник: конспект высказываний Брюса Вагнера из документального фильма «Тайна Карлоса Кастанеды», 2019.