Безжалостность

Безжалостность — первое из четырёх настроений сталкинга и, по объяснению дона Хуана, положение точки сборки, в котором исчезает жалость к себе. Место, отвечающее этому состоянию, называют местом без жалости.

Безжалостность — не грубость

Это первое, что оговаривают при обучении, и оговаривают ежедневно: у каждого из четырёх настроений есть подделка, в которую оно сползает, и у безжалостности это грубость.

Дон Хуан сказал, что его бенефактор ежедневно инструктировал его в отношении четырёх настроений сталкинга и добивался, чтобы дон Хуан ясно понял, что безжалостность не должна быть грубостью, хитрость — жестокостью, терпение — небрежностью и мягкость — глупостью.

— Книга «Сила безмолвия», Карлос Кастанеда (перевод С. Николаева)

Разница проходит по направлению: грубость обращена наружу, к людям, а безжалостность — внутрь, к собственной уязвлённости. Сталкер не перестаёт замечать чужую беду; он перестаёт быть управляемым подсчётом того, чего недополучил сам.

Как её узнают

В книгах у неё есть внешний признак, по которому маги определяют состояние друг друга.

— Место без жалости — это положение безжалостности, — объяснил он. — Безжалостность, будучи особым положением точки сборки, проявляется у магов через глаза. Они становятся как бы покрытыми тонкой мерцающей плёнкой. У магов лучистые глаза. Чем больше они сияют, тем более безжалостным является маг.

— Книга «Сила безмолвия», Карлос Кастанеда (перевод С. Николаева)

Другое её имя

Сталкеры называют то же положение отрешённостью — и объясняют через него одну наблюдаемую особенность: маг перестаёт быть занят собой, и обычные ожидания на него больше не ложатся.

Когда колдун уходит, он уходит от заботы о себе. Он фактически перемещается в положение, которое сталкеры называют безжалостностью или отрешённостью.

— Интервью Джона Мартинеза с Тайшей Абеляр (1993)

Семь принципов сталкинга

Настроения говорят о том, каким быть; принципы — о том, как поступать. Их семь; Флоринда излагает их Карлосу по одному в «Даре Орла», а подряд, одним связным перечнем, они собраны в «Колесе времени». Это не список правил на выбор, а единый порядок действий: седьмой, по словам Флоринды, вообще невозможен без остальных шести.

Предел: свидетельство из ближнего круга

Всё сказанное выше — это то, как безжалостность объясняют в книгах: положение точки сборки, откуда уходит жалость к себе, и настроение, обращённое не наружу, а внутрь. Существует, однако, свидетельство участницы ближнего круга Кастанеды о том, как то же слово выглядело, когда его обратили на человека, — и умолчать о нём значило бы оставить статью неполной.

Речь идёт о времени, когда сама рассказчица оказалась в тяжелейшей депрессии. По её словам, мысли о самоубийстве бывали у неё и раньше, но так глубоко она не проваливалась никогда. Кастанеда тогда с ней не разговаривал; говорили некоторые из женщин круга.

Нам всё равно, убьёшь ты себя или нет, — ты ведь делаешь это только ради нашего внимания.
— из воспоминаний участницы ближнего круга

Она спросила, есть ли способ умереть как воин, — и объяснила своё состояние прямо: жить не хочу, не для чего, вы меня не принимаете, вы меня не берёте, смысла в жизни не вижу. Тут же приводится и присловье, которым в круге описывали мир: Флоринда называет его морем горгулий, где нет ничего, что стоило бы любить.

Ответы, по её рассказу, были такие.

Что ж, если бы ты действительно смогла умереть как воин, свободная от желания привлечь чьё-то внимание, — думаю, это был бы очень благородный выбор. Но я не думаю, что ты на этом уровне. Ты просто хочешь, чтобы мы обратили на тебя внимание, а мы даже не узнаем.
— Кэрол, в передаче участницы ближнего круга
Мы даже не заметим, что ты умерла. Так что не трать время.
— Флоринда, в передаче участницы ближнего круга

Что из этого следует

Это ровно та граница, которую книги проводят сами. «Безжалостность не должна быть грубостью» — не благое пожелание составителя, а условие, оговорённое в «Силе безмолвия» и, по словам дона Хуана, повторявшееся его бенефактором ежедневно. В приведённом эпизоде названное безжалостностью обращено наружу, к человеку, а не внутрь, к собственной уязвлённости, — то есть попадает под определение подделки, которое дано в начале этой статьи.

Приём узнаваем, и он не безымянный. Отказать человеку в значимости его страдания — способ выбить опору из-под жалости к себе; в книгах то же самое проделывает с Кастанедой дон Хуан, а роль внешнего давления там отведена мелким тиранам. Разница в том, что у дона Хуана удар всегда обращён на самомнение ученика в безопасной для него точке, а не на человека, находящегося на краю.

Это свидетельство, а не образец. Рассказчица описывает собственное состояние и чужие слова, обращённые к ней; справочник приводит их как документ о том, чем эта практика оборачивалась в позднем круге, а не как способ, которым безжалостность полагается применять. Обстоятельства известны только с одной стороны, и другой стороны у этого свидетельства нет.

Оно сходится с прочими описаниями поздних лет. О том же укладе — и о том же способе обращения с учениками — говорят Эми Уоллес и, с противоположными выводами, Алан Стайнфелд и Феликс Вольф: первый считает это провалом последней задачи воина, второй — механизмом, который в итоге освободил учеников от учителя. Настоящий эпизод показывает, чего этот спор стоил конкретному человеку.

Где об этом говорили

На семинарах безжалостность разбирают отдельно — как правило, потому что её понимают превратно.

См. также

Дополнительно

Смежные и архивные материалы, связанные с темой страницы.